После того, как мы сходили в августе всем рестораном в отпуск и ждали конца ремонта, маясь от скуки, вместо прилива сил кривая моего энтузиазма взяла резкий крен и спикировала вниз со всей возможной высоты. Вся собранность куда-то делась, а в груди липкой паутиной разрослось мелкое недовольство собой. Как будто каждый день тянется, как липкая жвачка на асфальте, в которую ты вляпался ногой. В один из особенно мерзких дней мне насрал на голову голубь, и, наверное, тот момент, когда я мыла половину волос в раковине рабочего туалета мылом для рук и сушила их туалетной бумагой, был дном моего настроения и общего настроя. Голубь метафизически олицетворил большинство проблем, которые упали мне на голову в последнее время, и дал тот самый волшебный пендель.

В жизни любой команды всегда есть момент, когда участники увлекаются своими внутренними идеями настолько, что перестают понимать, как на это реагируют люди извне. А мы же не теоретики, нашу еду едят там за дверью неведомые живые люди, которые не вернутся, если им не понравится. Конечно, бывают случаи, когда ты ни в чем не виноват (Уберите крем-сыр с салата, у меня аллергия на глютен — facepalm!), а некоторая еда бывает не понята едоком. Например, тар-тар из коня и картофельный суп (он же веганский похмельный суп) становятся у одних любовью навсегда, а другие просят убрать ЭТО со стола поскорее. Второе крайне редко бывает, но мы не расстраиваемся, потому что нельзя угодить всем без разбора.

После отпуска мы все чуть потеряли связь с реальностью и друг другом, но я решила все списать на осеннюю хандру. И действительно, когда выпал снег, сразу стало легко-легко, появилась определенность и определенная целеустремленность. Я, наконец, начала делать не только то, что мне нужно, но и то, что хочется: поменяла маринады на стейк, проработала что-то для себя, что-то из этого ушло в воскресное меню.

Вчера ребята были на конкурсе Серебряный треугольник, где выбирали лучшего молодого повара года, и там стало ясно, что мы и правда очень отличаемся от других ресторанов. Они единственные развлеклись там и получили удовольствие, засрали всю кухню (чтобы собрать наш любимый запеченный лук, нужно взять зеленую хлябь, положить щедрую ложку в центр тарелки и бить по этой луже, чтобы соус красиво разлетелся по тарелке, а заодно и раздаче, одежде всех, кто рядом и стенам), научили итальянского шефа непечатным словам и прыгали на сцене, когда вызвали, но ничем не наградили и нужно было разбавить момент. Заняли третье место по мнению жюри поваров и первое — по мнению журналистов. Были единственными, кто покормил своей едой сотрудников ресторана, где все проходило, и, чтобы они не скучали, позвали их помогать. Я очень рада, что мой шеф — нормальный живой человек, а не снобский сноб, с которым обычному поварёшке типа меня нельзя разговаривать на равных. У нас на кухне атмосфера незамутненного панка, которая не всем нравится, но после Треугольника стало понятно, что нельзя позволить себе потерять самоиронию и здоровую самокритику, нужно продолжать развлекаться и быть собой, во что бы то ни стало. Груть свою линию, нам Иван всегда так говорил.